Буклет Первого Международного симпозиума "Иван Ефремов.Ученый,мыслитель, писатель.Взгляд в 3-е тысячелетие,1997\1998, Пущино на Оке, академгородок РАН

"Слава Севастополя", 18 июля 1998

Имя Ивана Ефремова было запрещено упоминать даже в кроссвордах

         Сказать, что он-лётчик-испытатель?- Недостаточно. Что член Союза журналистов России, автор радио-и телевизионных передач?- Мало. Что он-известный сценарист и режиссер?-Неполно. Что руководитель Ноосферного экспериментального центра ЭОЛ?- Мудрено, даже если расшифровать:" ЭОЛ" - эволюция, общество, личность.
Сам же Мстислав Степанович Листов предлагает: «Скажите просто-председатель Оргкомитета первого Международного симпозиума, посвященного писателю Ивану Ефремову ».
Ну что ж, так тому и быть.

-Мстислав Степанович, что связывает вас с Севастополем?
-В начале 80-х'годов здесь снимался мой первый фильм из истории отечественной авиации «Летать завещали России». Ряд эпизодов  был посвящен, одному из первых русских авиаконструкторов, летчику-изобретателю Степану Васильевичу Гризодубову.


-Впервые слышу, что это имя есть в летописи Севастополя.
-А надо сказать, что первый эпизод связи СВ. Гризодубова с городом относится к революционным событиям 1905 года, второй—к 1912 году, когда он приезжал в Качинскуга авиашколу. Степан Васильевич, знакомый с лучшими представителями плеяды русских летчиков, взял в небо свою дочь. Валентина Степановна начала летать и стала знаменитой летчицей, первой женщиной—Героем Советского Союза.


-Ваше обращение в кино к авиации не случайно?
-Да, я сам профессиональный летчик-испытатель, был знаком со многими корифеями русской и советской авиации и фактическое благословение на серию фильмов об истории авиации получил от В.С.Гризодубовой , М.М.Громова и  Г.Ф.Байдукова. Первый фильм "Летать завещали России", затем два других: «Время летать» и "Рыцари неба" сериала "Крылья Отчизны", тоже снимались и в Севастополе. Фильмы эти высоко оценили даже французы ... Мы планировали снять семь фильмов, отражающих полную историю авиации. Но больше не удалось.


-А ваша карьера летчика-испытателя?      
-И она на фоне общего развала закончилась, хотя к тому времени я был приглашен на работу, связанную с программой «Шаттл».  Но произошли крутые перестановки в верхах и пришлось поставить точку.

 К тому времени я уже серьезно занимался исследованием творчества и жизненного пути Ивана Ефремова.

     Прототип главной героини романа "Лезвие бритвы"- Заслуженный мастер спорта СССР, абсолютная чемпионка мира по художественной гимнастике Елена Карпухина...

    Дважды Герой Советского Союза, лётчик-космонавт СССР, Владимир Джанибеков оставил в кабинете Ивана Ефремова фото с надписью: "Своей судьбой я обязан Ивану Антоновичу Ефремову"...


- Как возникла ваша любовь к творчеству. этого писателя?
- Это очень непростой вопрос. Любовь, как у многих молодых людей,, особенно будущих летчиков (Гагарина, Джанибекова—я с ним дружу), появилась еще в детские годы. Имя этого человека, автора романов и повестей «Туманность Андромеды», «Лезвие бритвы», «На раю Ойкумены», «Таис Афинская», «Час быка», уже при жизни было окружено ореолом романтики и ставилось рядом с менами Жюля Верна и Герберта Уэллса. Теперь у меня огромный личный архив, и я знаю, как воспринимали Ефремова. многие известные деятели его времени. Так, С.П.Королев, его сподвижники, которые создавали нашу космическую технику и осуществляли первые запуски пилотируемых кораблей, относились к нему совершенно блистательно (если можно так сказать), с огромным вниманием и интересом. До последних дней на столе у Королева лежали книги Ефремова и он настоятельно советовал своим помощникам читать их: «Даже если не все, что там написано, может. быть проверено сегодняшней наукой, здесь есть над чем подумать». 


- Мстислав Степанович, да и вы ведь не просто почитаете Ефремова, вы пропагандируете его научные исследования и фактически заново открываете его читателям?
—Мне, видимо, Всевышним было предназначено пойти по этой дорожке дальше и глубже. Его книги, помимо огромной исторической и научной информации, и сегодня ставят проблемы общественного устройства, психологии взаимоотношений людей, всевозможных необъяснимых явлений природы. Я ещё учился в высшем военном авиационном училище в Саратове и специально поехал в Москву, чтобы встретиться с Ефремовым. Встреча из-за болезни писателя была короткой. А следующая, увы, не состоялась, Иван ; Антонович умер... Я почти сразу же написал его жене, она выз-1 вала меня к себе, и там, в его" доме, за его рабочим столом я прочитал множество искренних писем и соболезнований. Однако, к удивлению для себя, от жены я узнал, что в последние годы «Ефремов был не в моде», что через месяц после кончины' в квартире писателя был беззастенчиво учинен обыск.


-  А чем же «провинился» писатель-фантаст перед нашим обществом?
- Я не считаю Ефремова фантастом. Он- крупнейший ученый своего времени, философ, историк, писатель. Провидец.
Молва, которая распространялась по Москве, в стенах редакций и издательств, была неведома обывателям, зачитывавшимся произведениями Ефремова.


- Что ему инкриминировалось?
  Чего боялись? Очевидно, - не слишком  ли  далеко заглянул он в будущее мира и будущее человека? Не расходится ли это будущее с доктринами провидцев-идеологов?.. Я подружился с женой, сыном писателя от первого брака. К нам присоединились друзья писателя. Мы решили, что нельзя сидеть сложа руки, выписали десятки обратных адресов, выбрали известных людей, которые были признанными авторитетами, и начали борьбу за возвращение честного имени писателя и ученого.


- И пошла цепная реакция ?
  Именно так. Потом нам говорили, что в ЦК КПСС, в Союзе писателей были мешки с письмами в защиту Ефремова.     Большую работу вела супруга писателя, которая обращалась к Брежневу, Андропову, Суслову. Я написал несколько писем Брежневу, Демичеву, в творческие союзы, ходил в отдел пропаганды ЦК КПСС, стучал, как гворится, кулаком по столу: «Человек был истинным коммунистом, а вы хотите его запретить»... Но ведь у нас знаете как делали? «Кто хочет? — таращили на меня глаза.—С чего вы взяли?»


-  Может, действительно, вы преувеличивали?
-Что важно для писателя?... Чтобы издавались его книги. Как раз в это время в «Молодой гвардии» должно было выйти собрание сочинений, подготовленное Ефремовым. Шеститомник его отменили.
Но в письмах мне  отвечали, что "издание откладывается в связи с лимитами на бумагу". Но ведь было запрещено упоминать имя  Ефремова дажё в  кроссвордах! Даже в Палеонтологическом музее,  святая святых (Ефремов – знаменитый палеонтолог, основатель тафономии- учения о формировании геологической летописи), так вот  даже там, на ХХ  юбилейной сессии, посвященной тафономии, доклады, посвященные Ефремову, были сняты. Шла настоящая борьба за Ефремова!..

-  А результат?

- Результат главный-возрождение имени через два с половиной года. «Сверху» соответствующим органам было дано указание издать роман «Таис Афинская»-так появились две книги в третьем томе, вместе с «Дорогой ветров». Но «Час Быка» оставался под запретом почти 18 лет! Только в 1988 г. роман появился во втором издании.

-  И вы знаете почему?

- Теперь доподлинно известно почему ( есть записка Андропова в Политбюро, есть резюме Суслова и решение Политбюро). Документы эти будут опубликованы в материалах нашего симпозиума, который проходил в прошлом году в Биологическом центре РАН России в Пущино. Ефремов говорит о тупике развития цивилизации в условиях господства тирании. Перед ним уже тогда возникает призрак катастрофы, угрожающей человечеству.- Катастрофы нравственной. В «Часе Быка» партийные руководители узрели покушение на основы партийной номенклатуры.Ефремов иносказательно пишет о неком обществе на отдаленной планете, которая самоизолировалась, установив олигархический режим, и по сути, превратила людей в придатки этого государственного механизма.Ефремов свои умозаключения, выражая через  концепцию инферно  (это одно из его социальных изобретении, как и другие его социальные «ноу-хау»), выражает через Стрелу Аримана (направленное зло) , которая, по мере ощущения безысходности, без промаха разит всё самое лучшее, самое красивое.
  И не надо быть очень умным, чтобы этого не заметить и сегодня.

- Но мало кто тогда - в 1970 году - прочитал «Час Быка»...

-    Естественно! Поскольку, как только книга вышла из печати (сначала был журнальный вариант), её сразу же запретили.Но она уже гуляла по рукам, её ксерокопировали, чуть  ли не переписывали. Было предписано изымать её из библиотек.Но изымали - в свои личные библиотеки, и я не был исключением. На меня это произвело огромное впечатление.
Я конечно, далеко не всё тогда понимал, и сегодня её перечитываю…Как человек гениальный, Ефремов предвидел многое из того, что случится впоследствии. И то, что сейчас происходит, это абсолютнейшая закономерность. Если бы тогда «Час Быка» не запрещали, а изучали, может быть, много бы  бед удалось избежать.
     Но, к сожалению, поступили наоборот.

- Возвращение имени и наследия Ивана Ефремова вы сделали целью своей жизни?

       - И счастлив, что нашел многих сторонников. В прошлом года мы провели Первый Международный симпозиум, посвященный 90-летию писателя.Собралось свыше 250 человек из России,Украины,Белоруссии. Были интереснейшие доклады."Умники"  в 70-х годах узрели и испугались глубины творчестве писателя,чем нанесли урон скорее не ему, а читателям, потому что почти два поколения не знают Ефремова - их "кормили"  другой  фантастикой. Но тех, кто его читает и перечитывает, до сих пор поражает  научная глубина писателя и ученого, который по уровню своего предвидения, не только на мой взгляд,  стоит рядом  с Циолковским и Вернадским…

- Мстислав Степанович, а чем вызван ваш нынешний приезд в Севастополь?
-   Я приехал по приглашению Крымского отделения Института ноосферы и принял участие в конференции, которая прошла в СГТУ.Состоялись презентация и обсуждение моего фильма «Откровение Ивана Ефремова» в Севастополе и Симферополе…Фильм сложный, он насыщен информацией, включает несколько жанров:  документалистику, публицистику, фантастику, детектив, есть даже эротический танец, который снимался близь Севастополя - на мысе Феолент (фрагменты романа «Таис Афинская»). Фильм показывали в Америке и  Канаде, в Европе.

И  читательский интерес к Ефремову не уменьшается, а напротив, растёт.-И это , конечно, главное.


    Спасибо Вам за беседу

    Елизавета Юрздицкая